Водный стимпанк в Российской империи. Айрат Багаутдинов — о гидросистеме Выксы - Сноб

Водный стимпанк в Российской империи. Айрат Багаутдинов — о гидросистеме Выксы

У Выксы достаточно ярких черт, которые определяют её идентичность – это и Шуховская башня, и металлургическая промышленность. Почему организаторы фестиваля решили в этом году отойти от них и обратить внимание именно на воду?

Эта тема не случайна. В XVII — начале XIX века промышленность во многом держалась на силе воды. Для того, чтобы создать завод, нужно было построить пруд, а то и целую систему прудов.

Такие гидросистемы были на всех первых металлургических заводах, по всей стране — в Тульско-Каширском металлургическом районе, Олонецком, в окрестностях Мурома. На Урале они хорошо сохранились — пруды и плотины есть в Екатеринбурге, Нижнем Тагиле, Сысерти, Невьянске, в пермском районе Мотовилиха.

А вот про то, что гидросистемы были распространены и в европейской части России, в том числе рядом с Москвой, мы уже совершенно забыли. И только пруды, сохранившиеся в окрестностях Выксы, могут нам об этом напомнить.

Очень здорово, что организаторы подняли эту тему. Она позволяет открыть новые страницы нашей собственной истории, которые мы просто не замечаем, к которым мы слепы. Это очень интересное сочетание трёх видов ландшафта. Индустриального — потому что пруды созданы для фабрик; градостроительного — потому что вокруг них сформировались города; и природного — потому что они всё-таки вписаны в природное окружение.

Вода в Выксе — не просто ценный природный ресурс, а смыслообразующий мотив города и неотъемлемая доминанта ландшафта. И меня радует, что исследованию этих пересечений даже посвятили выставочный проект «Что двигает вода».

Как вообще функционировали такие гидросистемы?

Устанавливалась плотина, посредине неё начинался деревянный короб, который проходил, как позвоночник, через весь завод — он назывался «ларь». От него вода отводилась к отдельным водяным колёсам, она заставляла их крутиться, а колёса, в свою очередь, приводили в движение меха, которые непрерывно подавали воздух в доменную печь — на выставке, кстати, можно будет посмотреть макет колеса и оценить его масштабы. Таким образом можно было получить железо или чугун. Также вода через колесо приводила в движение молот, который ковал железо.

А если говорить именно о гидросистеме Выксы?

Это была цепочка из восьми прудов, которые в основном были устроены на реке Железнице и отчасти на реке Выксунь. На Железнице — Верхнежелезницкий (или Вильский) пруд, Проволоченский, Запасный, Средний, Нижний, Железницкий и Пристанской.

А на Выксунке был устроен Верхневыксунский пруд — вокруг него и проводятся основные события фестиваля.

В чём её отличие от других гидросистем того времени?

Как всё устроено, например, в Екатеринбурге — там есть пруд, на нём была плотина и стоял завод. Корпуса этого завода, кстати, тоже сохранились до сих пор, в них находятся разные музеи. Пройдя через завод, вода утекала в реку Исеть и отправлялась себе дальше.

В окрестностях Выксы же воды было не очень много, поэтому её использовали повторно. Сначала она приводила в движение Верхневыксунский завод, потом подавалась в Средний пруд и приводила в движение уже Средневыксунский завод. А затем, соответственно, впадала в Нижний пруд, там приводила в движение Нижневыксунский завод. И так далее. Свои заводы стояли на каждом пруде: Верхнежелезницкий, Проволочный…

В этом и есть уникальная особенность выксунской гидросистемы — вода использовалась не один раз. И на выставке «Что двигает вода» можно будет проследить все эти особенности, а также связи и взаимовлияния, выстроенные вокруг воды как явления, по цепочке: от плотины и водяного колеса — к заводу, как целостной социально-экономической системе — и далее к роли выксунских заводов в индустриализации страны.

Насколько сильно гидросистема повлияла на то, как выглядит город сегодня?

В Выксе и окрестностях до сих пор сохраняется пять прудов из первоначальных восьми. Достаточно посмотреть на карте, как много места они занимают, чтобы понять — конечно, город во многом развивается вокруг них, пруды формируют его ландшафт. Возле Верхневыксунского пруда устроена главная городская набережная и растет Шухов-парк, у Нижнего пруда стоит культурный центр «Волна», огромный рекреационный ресурс есть у Запасного пруда.

Как невозможно представить себе Петербург без Невы, Мойки и Фонтанки — так и Выксу невозможно представить без её прудов.

Что лично вас сильнее всего удивило в гидросистеме Выксы?

После того, как я раз пять побывал в Выксе, я посетил Гусь-Железный — это усадьба, которая принадлежала Андрею Родионовичу Баташёву — брату Ивана Баташёва, промышленника, строившего заводы в Выксе. Тогда у меня всё сошлось. Я вдруг понял, что Выкса — это не какой-то уникальный случай, а частное проявление распространённого типа предприятия, который можно назвать промышленной усадьбой.

Мы привыкли представлять Россию того времени по классической литературе: помещик живёт в усадьбе, а его крестьяне пашут. А здесь крестьяне работали на заводах, вся их жизнь была связана с производством, и сама усадьба была организована вокруг промышленного предприятия — всё это существовало, как единое целое.

Именно поэтому Выкса так важна. Во многих подобных местах — например, в Гусе-Железном — от заводов почти ничего не осталось. А в Выксе эта среда сохранилась гораздо лучше. Здесь всё ещё можно понять, как был устроен этот мир.

Гидросистема Выксы, без которой не было бы даже самого города, остаётся почти незаметной для большинства людей. Почему инженерные сооружения, связанные с водой, так редко становятся частью исторической памяти?

Я думаю, в первую очередь дело в том, что они очень сложны и дороги в эксплуатации. Эксплуатировать плотину длиной в километр и пруд размером с целый район города — это не то же самое, что эксплуатировать какой-нибудь исторический особнячок. Поэтому часто от них просто избавляются.

А там, где гидросистемы сохранились, это случилось благодаря тому, что с XX века они были перепрофилированы в места для отдыха. Поэтому они воспринимаются не как часть архитектурного и инженерного наследия, а как обычная природа. Надеюсь, что фестиваль поможет открыть подлинную суть этих объектов не только для жителей Выксы, но и для людей со всей страны.

Если человек приедет на фестиваль всего на один день, что ему стоит увидеть?

Помимо выставки «Что двигает вода» в Музее Выксы, я хочу пригласить людей побывать на нашем мастер-классе с художницей Катей Голотвиной. Рассказывать я буду, правда, не про гидросистемы. Вместо этого поговорим о том, как люди мечтали достать до небес — то есть, о башнях.

Вспомним и Шуховскую башню, и Вавилонскую, и башню Татлина, и Дворец Советов, и многое другое. А затем вместе с Катей Голотвиной участники будут создавать художественные шляпы-башни, в которых они смогут поучаствовать в шествии «У топи я» уже в воскресенье.

Этот кусочек программы наиболее важен для меня сейчас, а всё остальное я буду постигать уже позже, как посетитель фестиваля.