← Все новости

Как в Гатчине создают действующую(!) копию самолета, который в 1909 году впервые перелетел Ла-Манш. Где ее можно будет увидеть? - Собака.ru — Журнал о людях в Петербурге

В пяти минутах от железнодорожной станции Гатчина-Балтийская сегодня можно найти частный Музей истории военной авиации. Его основатель Геннадий Панёв учился в ЛИАП, почти 15 лет проработал в Петербургском институте ядерной физики, потом занимался бизнесом. Сейчас в авиамузее воссоздают летающую полномасштабную копию деревянного Blériot XI. В 1909 году именно на такой машине французский авиатор Луи Блерио впервые в истории перелетел Ла-Манш. Как и почему петербургскому энтузиасту пришла мысль воссоздать этот самолет? Когда он поднимается в небо? Рассказываем в материале Собака.ru!«Вот он, Blériot XI», — говорит Геннадий Панёв, открывая ворота стального ангара. Яркое солнце освещает большой деревянный винт, деревянный фюзеляж.У машины пока нет крыльев, вернее они есть, но подвешены под потолком. Прямо над каркасным фюзеляжем. Ангар не отапливается, поэтому в зимнее время работы тут не велись. Пока мы осматриваем самолет, хозяин проверяет помещения после зимовки.За всем этим с любопытством и высунутым языком наблюдает Жужа — огромная аэродромная собака. Через некоторое время Геннадий спохватывается, что не угостил ее вкусной «взяткой». Но она к тому времени уже куда-то ушла. Видимо, удостоверилась, что в ангаре все свои и никто ничего воровать с ее территории не собирается.Жюль Верн, очки и мечта о небеГеннадию Панёву немного за 70. Он родился в Котласе, Архангельская область. Детство провел в небольшой военной части, недалеко от родного города. «До 7 класса я хотел быть летчиком, — вспоминает он. — Но потом получил очки. Все зиму читал под одеялом с фонариком Жюля Верна, так как родители ругались, когда я засиживался до глубокой ночи, и даже выкручивали пробки в электрощитке. Осенью зрение было отличное, а весной — уже все».В итоге мечту пришлось немного скорректировать — после школы Геннадий пошел не в летное училище, а в Ленинградский институт авиационного приборостроения. После учебы он хотел попасть в подмосковный Жуковский, где испытывали новейшие советские самолеты. Однако в год выпуска Панёва там молодых специалистов не ждали.В итоге молодому инженеру, с детства мечтавшему о небе, пришлось идти в Ленинградский институт ядерной физики (теперь ПИЯФ), где он проработал до самого развала Советского Союза. Вплотную познакомиться с самолетами получилось только в армии. «Меня забрали в 28 лет, — говорит он. — Обслуживал комплексные системы навигации ракетоносцев Ту-95. Так прошло два года, потом снова вернулся в институт».В 1990-е Панёв ушел в бизнес. «Занимался всем: кабельным телевидением, телестудиями, проводным интернетом, системами передачи данных — все, что есть в области связи», — добавляет он. Выйдя за счет работы в ПИЯФ на раннюю пенсию, Геннадий постепенно вернулся к мечте о небе и в 65 лет начал летать на мотодельтаплане.Геннадий ПанёвОснователь Гатчинского музея истории военной авиации:«У меня появилось свободное время. Однажды я присутствовал на реконструкции боев за Гатчину в годы Гражданской войны. Один из реконструкторов, Владимир Долгов, рассказал мне о старых ангарах, недалеко от железнодорожной станции на территории бывшего первого аэродрома России. Я отправился их искать. Тогда здесь была свалка, заросли, богом забытый участок».В 2018 году Панёв на свои деньги официально основал Музей истории военной авиации. Какие-то самолеты он покупал, какие-то получал после аварий и списания. А какие-то решил воссоздать по оригинальным чертежам. Геннадий сетует, что для ремонта и восстановления экспонатов не хватает людей. «Очень мало кто готов работать руками», — констатирует он.Ла-Манш, Гатчина и французские чертежиВ начале 2020-х основатель музея познакомился с преподавателем Университета Гражданской авиации Григорием Галли. «Он тогда занимался строительством самолетов по старинным французским чертежи», — вспоминает Панёв. Галли-то и предложил воссоздать для музея Blériot XI.В 1909 году этот самолет разработал французский авиатор Луи Блерио. Он же за штурвалом своего детища впервые преодолел Ла-Манш. «Блерио очень сильно рисковал тогда, — говорит Панёв. — На самолете был двигатель конструкции Алессандро Анзани, известный своей капризностью. Как правило, через некоторое время работы он просто останавливался из-за перегрева. По всем расчетам это должно было случиться до того, как самолет пересек бы Ла-Манш, то есть винт имел все шансы замереть в воздухе».Однако полет завершился успехом, принеся Блерио приз в 1000 фунтов стерлингов (почти 160 тысяч фунтов в ценах 2026 года) и мировую славу. «Луи начал зарабатывать деньги, устраивая показательные полеты. В том числе в 1910 году он летал на этом самолете над Гатчиной», — добавляет Панёв. Эта связь показалась основателю музея символической, и он решил поучаствовать в проекте.Григорий Галли нашел оригинальные чертежи. По ним мастера с Дальнего Востока (в городе Арсеньеве, где когда-то создавали легендарные По-2) сделали деревянные детали и переправили под Петербург, на гатчинский аэродром ДОСААФ. Здесь реплику самолета стали собирать, испытывать, и… снова разбирать.Кино, испытатели и пробежки по аэродрому«Самолет можно собрать по чертежам, но как он будет работать? — говорит Геннадий Панёв. — И тогда-то были проблемы, а сейчас мы не знаем многого, что было очевидно для Блерио в 1909 году».Как сетует Панев, самолет должен был «уже года три как летать». Однако он по-прежнему стоит на аэродроме ДОСААФ, в 15 минутах езды от музея. Под добродушной охраной собаки Жужи. Первые же испытания показали, что многое придется доводить до ума и даже переделывать.Самолет должен подниматься в небо, стало быть, ему нужен мотор. Причем не тот, что будет останавливаться из-за перегрева через час-другой полета. Поэтому на копию Blériot XI поставили современный австрийский двигатель, такой же как и на мотодельтаплане. Но он гораздо легче того, что стоял на этом самолете в начале ХХ века, что повлияло центровку самолета — хвост стал перевешивать нос.«У самолета сложная система амортизаторов. Кроме того, при пробежках по аэродрому оказалось, что управляемость самолета достаточно сложная, нужно более четко и грамотно рассчитывать конструкцию системы стабилизации колес, которая у Блерио была уникальна», — продолжает Панёв. Плюс к этому сейчас совсем другие требования к безопасности. Все это ведет к необходимости новых улучшений — оттого крылья висят под потолком.Еще на этапе испытаний самолет успел сняться в кино. Гатчинскую реплику Blériot XI можно увидеть в фильме «Столыпин».Сейчас планируется, что в этом сезоне реплика исторического самолета будет «уверенно кататься по земле и подпрыгивать». Подняться в воздух машина сможет не раньше следующего года.«Когда самолет будет готов оторваться от поверхности, мы позовем летчика-испытателя, чтобы он поднял его хотя бы метров на 10–20, — говорит Панёв. — Пилот «почувствует» машину в воздухе и станет понятно, можно ли реально на ней летать и как вообще ее можно будет эксплуатировать. Ну и, конечно, хотелось бы самому взлететь».