Неисчерпаемое наследие: монументальное искусство Бориса Чернышёва - Московская правда

<p>Советское монументальное искусство – «заказное и потому неискреннее, пропагандистское и лживое» – долгое время не было предметом внимания искусствоведов, а его сохранение не считалось необходимым (как и сохранение имен художников).</p><p>Творческое наследие Бориса Чернышёва – одного из наиболее ярких представителей московской школы мозаики – дошло до нас благодаря его дочери и коллегам. Оно неисчерпаемо: здесь, помимо самого монументального искусства, и графика, и скульптура, и живопись. Борис Чернышёв смело экспериментировал с материалами: писал по газете, кальке, мозаики делал из ракушек, смальты, камней… По словам дочери художника, он более всего ценил и оберегал свою творческую свободу и всегда был очень тактичен и внимателен по отношению к окружавшим его молодым художникам.</p><p>Борис Петрович Чернышёв родился 6 августа 1906 года в деревне Городищи (сейчас – поселок Свердловский Щёлковского района Московской области) в многодетной семье школьного учителя. С раннего детства тяготел к рисованию. Окончил ВХУТЕМАС, а затем академию художеств в Ленинграде. Его учителями были Лев Бруни, Владимир Фаворский, Кузьма Петров-Водкин.</p><p>По окончании академии художеств в 1931 году Борис Чернышёв устроился художником-оформителем на Люберецкий завод сельскохозяйственного машиностроения. Помимо плакатов, диаграмм и графиков выполнения государственного заказа на изготовление различной сельхозтехники он выполнил две росписи на стенах – «Торжество освобожденного труда» и «Демонстрация на Красной площади». Работы вскоре были уничтожены по решению заводского руководства, сфотографировать их художник не успел. Он тяжело переживал случившееся, но с тех пор все созданные произведения старался фиксировать, хотя это не всегда удавалось.</p><p>Далее Борис Петрович работал в разных учреждениях Москвы. Его монументальные росписи в музейной комнате женского трудпрофилактория на 2-й Мещанской улице высоко оценили французская правительственная делегация, посетившая тогда СССР, и художник Владимир Фаворский. Он же в 1935 году пригласил Бориса Чернышёва в коллектив монументалистов при академии архитектуры. Там с 1936 по 1941 годы он создал ряд работ: сграффито на шлюзовых сооружениях в Карамышеве, росписи в административном павильоне ВСХВ, павильоне «Поволжье» и театре Красной армии. Летом 1941 года, когда Москву уже бомбили немцы, художник заканчивает сграффито «Игры детей» на жилом доме 2 в Оружейном переулке (сейчас – улица Фадеева).</p><p>С августа по ноябрь 1941 года Борис Чернышёв находился в действующей армии под Тулой, а 1942 и 1943 год провел в запасных воинских частях в Чувашской, Марийской и Удмуртской АССР. В свободное время он рисовал, используя для этого простые подручные средства. По словам художника, здесь он «сделал вдвое больше, чем за всю прошлую жизнь, а может быть, и больше».</p><p>В марте 1945 года Чернышёв участвовал в ожесточенных, кровопролитных боях на Западном фронте. За мужество он был награжден орденом Славы III степени, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кёнигсберга».</p><p>После победы над Германией художник вместе со своим соединением оказывается в Улан-Удэ, откуда через Монголию доходит до Порт-Артура. На основе сделанных во время многокилометровых переходов беглых набросков Борис Чернышёв создал большую серию темперной живописи.</p><p>В послевоенные годы художник участвует в проектировании высотного здания Министерства иностранных дел на Смоленской-Сенной площади, создает мозаичные панно для Зеленого театра в парке Горького, расписывает кассовый зал Белорусского вокзала, под руководством Павла Корина выполняет мозаику «М. И. Кутузов» на станции «Комсомольская» Кольцевой линии метро. Вероятно, во время работы над последней он и познакомился с художниками Тамарой Шиловской и Антониной Корноуховой, вместе с которыми он впоследствии реализует ряд проектов. Один из них – мозаично-фресковая композиция «Искусство», предназначенная для кинотеатра «Россия» (впоследствии была установлена во дворе жилого дома на улице Усиевича). Именно с нее началось творческое содружество Чернышёва и Шиловской. На фасаде того же дома размещалось панно «Тамара», созданное в процессе работы над проектом памятника Лермонтову.</p><p>Первая мастерская Бориса Петровича находилась на крыше библиотеки имени Ленина. Там он начал создавать мозаики из смальты и керамической метлахской плитки, оставшейся в помещении от художников, работавших до войны над проектом Дворца Советов. С крыши открывались великолепные виды на исторический центр, вдохновившие Чернышёва на написание произведений из серии «Послевоенная Москва». Осенью 1963 года у Бориса Чернышёва наконец появилась большая комната-мастерская в складских помещениях ГУМа в проезде Сапунова (нынешнем Ветошном переулке). Художник Александр Корноухов в книге «Был путешественник» так описывает ее: «Это было кубическое помещение с выходом прямо на улицу, с двумя всегда закрытыми окнами. Стен не было видно, т. к. везде слоились плитка с мозаикой, планшеты и картины. Пройти можно было несколько шагов по диагонали. В низких частях мастерской лежал многотонный груз камней, смальты, цемента, извести, досок. В этой же мастерской все же происходили занятия рисунком по средам и пятницам, вечером, и набивалось 10–12 человек». Некоторые из посещавших занятия впоследствии станут соавторами Чернышёва – например, Анатолий Слепышёв или Виталий Гридин.</p><p>1960-е годы стали самыми плодотворными для художника: он оформляет вместе с Виталием Гридиным, Александрой Лукашевкер, Тамарой Шиловской и Антониной Корноуховой центральный вход Дворца пионеров на Миусской площади. Пробует соединить современную архитектуру и мозаику из натурального камня в оформлении пансионата на Клязьминском водохранилище и жилого дома на Ленинградском проспекте. Камни он собирал повсюду, из них же готовил краски, растирая на мраморной доске.</p><p>В фойе кинотеатра «Волга», построенного в 1967 году, разместилось 24-метровое серо-голубое панно из больших фактурных кусков смальты с крупным рисунком, созданное Борисом Чернышёвым совместно с Тамарой Шиловской, Александрой Лукашевкер, Виталием Гридиным и Анатолием Слепышёвым. Мозаику в кинотеатре «Первомайский» мастер не успел завершить: он скончался от инсульта в 1969 году. Работу закончили его ученики.</p><p>Произведения Бориса Чернышёва по большей части не сохранились. Те, что дошли до наших дней – в очень плохом состоянии. К тому же у них отсутствует охранный статус. Пожалуй, наиболее счастливой оказалась судьба мозаик из кинотеатра «Первомайский» – они были отреставрированы и разместились в музее на третьем этаже районного центра, построенного на месте снесенного кинотеатра. Неопределенно будущее мозаик из кинотеатра «Волга»: уже несколько десятилетий здание заброшено, планируется его снос и строительство на этом месте жилого дома.</p><p>Дарья Константинова.</p><p>Фото boris-chernyshev.ru и pastvu.com</p>